«Любую идею можно реализовать, если достаточно сильно этого захотеть»: интервью с Police In Paris

Как родилось название Police In Paris — и какой образ или история за ним стоят?

Проект Police In Paris мы создали около трёх лет назад. До этого мы выступали под именем Dysomia, а ещё раньше, лет 10 назад, когда нам было по 13, назывались Rivals. С Dysomia связаны первые серьёзные достижения, много музыки, знакомств и опыта. До сих пор бывает, что кто-то подходит сфотографироваться и говорит: «Я вообще-то ещё Dysomia помню». Для нас это всегда очень тепло. Но само название ничего особенного не значило. Более того, его постоянно писали неправильно — даже коллеги из индустрии, которые знали нас лично.

В какой-то момент захотелось начать с чистого листа, сохранив при этом весь накопленный опыт. Название Police In Paris появилось почти случайно. Мы долго перебирали десятки вариантов, и оно изначально даже не было фаворитом. Однажды сидели с друзьями в квартире, и наша подруга рассказывала историю о том, как её задержала полиция в Париже. Нам почему-то сразу показалось, что сочетание Police In Paris звучит очень ярко, кинематографично и даже немного сексуально.

К тому моменту мы уже понимали, что хотим двигаться в сторону техно, а основная часть нашей аудитории тогда находилась в Европе. Поэтому искали название, которое было бы международным, легко запоминалось и органично воспринималось аудиторией. Кстати, отдельная крутость — практически во всех социальных сетях мы успели забрать никнейм policeinparis без точек, цифр и нижних подчёркиваний. В наше время это прям удача.

В других интервью вы упоминали, что всё началось с приложения на планшете. Каким был самый первый трек — и что от него осталось в вашей музыке сегодня?

Этот трек до сих пор где-то есть в интернете. Думаю, если очень постараться, его даже можно найти. В то время сам планшет казался нам чем-то невероятным. Причём он был какой-то китайский, ужасно тормозил. Всё постоянно зависало, но нас это вообще не останавливало.

Наверное, главное, что осталось с нами до сих пор, — абсолютная уверенность в том, что любую идею можно реализовать, если достаточно сильно этого захотеть. Чтобы вы понимали уровень нашей уверенности: мы смотрели по телевизору клипы мировых артистов, слушали хитовые электронные треки и были совершенно убеждены, что в минималистичной программе на китайском планшете сейчас сделаем не хуже.

Как устроена работа над музыкой внутри дуэта? Как вы распределяете роли и находите баланс?

Мы оба пишем музыку, постоянно обмениваемся идеями, демками (демозаписями), отдельными партиями, выбираем из этого самое сильное и дальше уже развиваем материал вместе. За столько лет многие процессы уже доведены практически до автоматизма. Мы хорошо понимаем сильные стороны друг друга и знаем, на каком этапе кто может сильнее повлиять на трек. При этом весь музыкальный процесс закрываем сами — от идеи и написания до финальной подготовки материала. Нам нравится сохранять полный контроль над звуком.

Что привело вас именно к электронной музыке и техно?

В детстве дома постоянно играли музыкальные каналы, и нас почему-то сильнее всего цепляла именно энергия электронной музыки. Мы выросли на Skrillex, Avicii, Yellow Claw и многих других артистах той эпохи. Мы буквально заслушивали релизы до дыр и пытались разобраться, как всё это сделано. Особенно символична для нас история с Yellow Claw. В детстве мы слушали их музыку как фанаты, а спустя годы познакомились лично и довольно долго сотрудничали. Для нас это был сильный момент: пацан в 13 лет смотрит на артиста по телевизору, а потом оказывается с ним в одной студии.

К техно мы пришли примерно в 2020 году, когда поехали на студийный лагерь лейбла ребят из Yellow Claw. Там мы сделали первые полноценные техно-треки — Make Me и Disco Light, которые вышли ещё в рамках проекта Dysomia. Большое влияние на нас в тот период оказали коллеги по лейблу — Stoltenhoff из Дании и наш друг из Техаса Juyen, он же TRIPTYKH. Мы много общались, обменивались опытом и узнавали секреты такого звучания из первых рук.

Расскажите о домашней студии. Как она устроена и какую роль играет в вашем процессе?

Сейчас мы живём отдельно, поэтому у каждого своя домашняя студия. Причём «домашняя» в буквальном смысле — обе находятся прямо в спальнях. Ничего космического: ноутбук, мониторы, наушники. Для создания музыки нам больше ничего и не нужно.

Мы работали в студиях совершенно разного уровня, и этот опыт позволяет комфортно творить практически в любых условиях. Мы считаем, что самое важное — это идея и понимание того, какого результата ты хочешь добиться. Оборудование уже вторично. На финальных этапах можем прийти в большую профессиональную студию. Иногда получается забавная ситуация: приходим проверить звук, понимаем, что всё отлично, а потом местные звукорежиссёры начинают спрашивать, как мы добились такого результата дома. Так что делайте выводы сами.

Что изменилось после того, как вы начали работать с зарубежным лейблом? Какие возможности это открыло?

Наверное, главное — ощущение масштаба полностью изменилось. У нас появилось огромное количество друзей и коллег в разных странах, возможность работать и общаться с сильными продюсерами со всего мира, видеть изнутри, как устроена международная музыкальная индустрия. Мы перестали воспринимать Беларусь как границу своего профессионального мира и начали мыслить в масштабах планеты.

Как случилась коллаборация с Идой Галич?

Ида следила за нашей музыкой и в какой-то момент просто написала нам в социальных сетях. Мы начали общаться, подписались друг на друга, позже познакомились лично. Ида даже использовала нашу музыку в одном из проектов, а спустя некоторое время появилась мысль: почему бы не сделать что-нибудь вместе? Собрались в студии без какой-то жёсткой концепции, начали шутить и буквально за несколько минут придумали:

«Малыш, ты не в курсе — я на жёстких бизиках, Мама не в ресурсе — двигайся на изиках».

Изначально всё начиналось как прикол. Но прикол зашёл слишком далеко — в итоге получился полноценный хит.

Как бы вы описали состояние техно-сцены в Беларуси: как она развивается и куда движется?

Конечно, как и в любой стране, существуют свои сложности и ограничения, но у нас очень амбициозные, талантливые и открытые люди, поэтому движение вперёд точно есть. Особенно заметно, как меняется само восприятие рейв-культуры. Техно уже давно перестало ассоциироваться исключительно с чем-то запрещённым, маргинальным или глубоко андеграундным. Мы понимаем, что Police In Paris в определённой степени представляет белорусскую техно-сцену за пределами страны. Поэтому чувствуем ответственность и хотим постепенно возвращать в неё международный опыт, который получили за эти годы.

Как формируется ваш визуальный стиль: кто за ним стоит и какую идею вы в него вкладываете?

Стилиста у нас нет. Как и с музыкой, большинство решений мы принимаем сами. Нам важно, чтобы визуальный образ был интересным, немного нестандартным и при этом оставался естественным для нас. Мы никогда не хотели выглядеть так, будто кто-то придумал персонажей и просто одел нас в готовые костюмы. Многое появляется случайно. Например, кожаные жилетки мы купили в байкерском магазине и, как видите, нашли им собственное применение.

Каким вы представляете своего слушателя? Как это влияет на то, что вы создаёте?

Если глобально, наша миссия очень простая: мы хотим, чтобы техно слушали вообще все. После трека с Идой у нас появилось много новой аудитории — например, мам с детьми. «Катюша» и «Оп Давай Давай» неожиданно привели к нам огромную фитнес-аудиторию. А Heartbeat или Astro притягивают более мечтательных и эмоциональных людей.

Нам вообще интересно заходить в видео под нашими звуками и смотреть, кто нас слушает, что они снимают и как именно воспринимают треки. В каком-то смысле через это начинаешь чувствовать аудиторию гораздо ближе.

В каких местах, где вы ещё не выступали, вам больше всего хотелось бы оказаться на сцене?

Круто было бы отыграть свой сет на другой планете.

Как выглядят ваши выходные — каким образом вы переключаетесь от музыки?

После большого количества гастролей лучший отдых для нас сейчас максимально простой. Хочется побыть дома, нормально выспаться, увидеться с семьёй и близкими друзьями, никуда не спешить и просто насладиться спокойствием. Когда постоянно находишься в самолётах, отелях, клубах и вокруг тебя тысячи людей, обычный тихий день дома внезапно становится настоящей роскошью.

Где вас можно будет услышать вживую в ближайшее время?

Сейчас подходит к завершению наш тур по Беларуси, но впереди ещё много выступлений. Конечно, мы ещё не раз вернёмся в Москву и Санкт-Петербург, будем приезжать в другие города России, СНГ и страны Европы. График постоянно пополняется, поэтому актуальные даты лучше всего смотреть в наших социальных сетях. 5 сентября мы выступим на рейв-вечеринке «Последний летний день» в Петербурге.

Оставьте комментарий