До «Времени»: что ещё смотреть у режиссёра М. Найта Шьямалана

Третий по счёту и первый по упоминаниям фильм в карьере М. Найта Шьямалана, которым режиссёр зарекомендовал себя как голливудский вундеркинд с потенциалом Спилберга. В жутковатом мистическом детективе роль юного медиума-поневоле исполнил не по годам серьёзный Хэйли Джоэл Осмент, а психотерапевта, помогающего разобраться со зловещими призраками, сыграл Брюс Уиллис. Начинающий актёр получил премии «MTV» и «Сатурн», а звезда «Крепкого орешка» и «Пятого элемента» — небольшой отпуск из амплуа побитого жизнью героя-одиночки. Эффектный финальный твист здесь оформляется в авторский почерк.

Первая часть растянувшейся почти на 20 лет трилогии о сверхлюдях, подаваемых наособицу — без синих трусов и синих молний. Не ставший первопроходцем в супергеройском кино Шьямалан находит внутри метажанра свой путь, представив сверхспособности как эволюционный бонус, художественно преувеличенный массовой культурой. Проводником идеи в фильме выступает эстетствующий фанатик-комиксовед Мистер Стекло (демонический Сэмюэл Л. Джексон), а объектом его интереса – неуязвимый для болезней и катастроф Дэвид Данн (приглушенный Брюс Уиллис). Атлетически сложенная криминальная драма не забывает острить на тему супергероики, подключая штампы и культовые сцены.

Кино с повадками социального эксперимента, жанр которого можно описать как псевдо-мистический триллер с душой мелодрамы. Коммуна в стиле XIX века (актеры до съёмок неделю проникались атмосферой) живет в ритме настороженной идиллии, укрытая от порочной цивилизации непроходимыми лесами, полными чудовищ («тех, чье имя не называем»). Только трагедия с диковинным любовным треугольником заставляет вспомнить о внешнем мире. Главная мужская роль — у серьёзного и положительного здесь Хоакина Феникса, под которого и писалась, главная женская — у убедительно пасторальной Брайс Даллас Ховард, сошедшей в шьямалановский сюжет с театральных подмостков.

Высокопарный экологический триллер с Марком Уолбергом и Зои Дешанель, в котором режиссёр продолжает стравливать человека и природу. В Нью-Йоркском Центральном парке распылен неизвестный токсин, парализующий людей и вызывающий массовые самоубийства с использованием подручных предметов. Попытка сбежать от стремительно распространяющейся напасти приводит героев в открытое всем ветрам пространство роуд-муви, наэлектризованное разлитой в воздухе смертью. Фоновые персонажи и массовка непринужденно (и местами комично) пускаются в расход, удобряя идею семейного очага как спасения от угроз большого мира.

Детективный сериал по роману Блейка Крауча, давший Шьямалану передохнуть после двух неудач в полном метре («Повелитель стихий» и «После нашей эры» собрали целое лукошко «Золотых малин»). В этом совместном проекте со сценаристом Чадом Ходжем и компанией Манодж выступил как основной режиссёр (снял пилот) и продюсер. История об агенте секретной службы, которого подводные течения благообразного провинциального городка несут ко все новым загадкам, — очевидный оммаж «Твин Пиксу». Высокой кухней абсурда в стиле Линча здесь разве что пахнет, но сочетание милых создателю «Шестого чувства» ингредиентов — причудливой фантастики, саспенса на ровном месте, антиутопических настроений и сюжетных кульбитов, — выверено не хуже, чем в рецепте вишневого пирога из дайнера «Double R».

Забористый хоррор в жанре «найденной пленки» (found footage), сработанный как тематический лабиринт ужасов о пропасти меж поколений. Дети Тайлер и Бекка впервые едут в гости к бабушке с дедушкой, с которыми не знакомы, — это странно уже само по себе. Причины, по которым их мать годами не общалась с родителями, как водится, открываются довольно скоро, проделав нехитрый путь от жутковатых намеков до пробирающих boo-эффектов. То, что ужасное у Шьямалана переходит в смешное так же легко, как чудаковатость стариков в безумие, удовольствия не портит — скорее наоборот.

Почти уже культовый фильм о Кевине Крамбе, маньяке с расщепленной личностью, упражняться в отыгрывании ипостасей которого выпало Джеймсу Макэвою, заменившему чаемого Хоакина Феникса, — и справившемуся на отлично. Три школьницы, похищенные на парковке супермаркета среди бела дня, заперты в богом забытом подвале в компании 23 (на самом деле, в основном 4) личностей похитителя и с ужасом ожидают 24-ю – Зверя. В напряжённой (во многом за счет работы Макэвоя) и драматургически плотной картине, нашёлся эпизод и для персонажа Брюса Уиллиса из «Неуязвимого», напоминающий, что это вторая часть трилогии о сверхлюдях.

Перенасыщенная драматизмом развязка супергеройской трилогии, собравшая вместе персонажей двух предшествующих фильмов: Дэвида Данна, Мистера Стекло и Кевина Крамба (по прозвищу Зверь). Выбор в качестве основного места действия психиатрической лечебницы (Шьямалан, по обыкновению, нашёл для съёмок реальную заброшенную больницу в Пенсильвании) — безусловно, хороший и ироничный ход. Прежде чем начать финальную схватку сверхлюдям придётся выбраться из одиночных камер, доказывая по пути свою если уж не вменяемость, то хотя бы подлинность. Уиллис, Джексон и Макэвой несколько вяло коммуницируют, но свои сюжетные линии тянут исправно.

Ещё один успешный совместный проект Шьямалана с другими режиссёрами. Среди последних Нимрод Антал, премированный каннским молодежным жюри в 2004-м, Дэниэл Сакхайм, снимавший эпизоды для «Настоящего детектива» и «Игры престолов», и Жюлия Дюкурно получившая «Золотую пальмовую ветвь» за «Титана» (2021). В центре сюжета — супруги Тёрнер: успешный шеф-повар Шон, священнодействующий, не выходя из дома, и репортер Дороти, работающая на местном телевидении. После гибели трёхмесячного ребёнка семья в диковатой попытке справится с горем заводит реалистичную куклу младенца и нанимает няню Лиенн, которая, что ещё чуднее, принимает все на голубом глазу. Но это только затравка перед странностями посерьёзнее.

Крайне занимательная попытка режиссёра по примеру собственных героев за 2 часа экранного времени успеть всё. В историю о семье, запертой внутри убийственной природной аномалии закрытого тропического пляжа, где минуты идут за годы, Шьямалан попытался втиснуть и заправский саспенс, и мелодраму, и метафору, и размышления о вечных ценностях. А комическое, кажется, возникает здесь само собой — искрами отскакивая от сталкиваемых жанров. Впрочем, ни эклектичность картины, ни транслируемые ей гуманистические трюизмы, не портят радости от промежуточных результатов этого киноэксперимента.